Рассказ Александра Бузина опубликовали в литературном журнале «Байкал»Национальная Библиотека Республики Бурятия

Рассказ Александра Бузина опубликовали в литературном журнале «Байкал»


Рассказ Александра Бузина опубликовали в литературном журнале «Байкал»

j6KrYcXo7bQ

Во втором номере литературного журнала «Байкал» за 2015 г. опубликован рассказ менеджера культурно-просветительских проектов Национальной библиотеки РБ Александра Бузина. Короткая история «Стена» стала первой печатной публикацией автора, удостоенного в апреле текущего года дипломом I степени в конкурсе на «Лучший рассказ в жанре фэнтези» по версии известного российского писателя-фантаста Дмитрия Емца — создателя «Тани Гроттер», «Мефодия Буслаева» и «Школы Ныряльщиков». Конкурс проводился в рамках всероссийской акции «Библионочь – 2015».
Александр Бузин: «Символично, что это – мой первый законченный рассказ, который я написал еще в институте (около пяти лет назад). С тех пор много воды утекло и, если честно, я пару раз хватался за волосы, когда его перечитывал. Огромное спасибо редакции и в особенности моей коллеге Рыгземе Гомбоцыреновне Батомункуевой, которая посоветовала мне отправить свои произведения в журнал!»

«Стена»

Ци проснулся и испуганно взглянул на небо. Солнце стояло в зените, и, по его подсчетам, он проспал около часа, что было непозволительной роскошью. Строители по-прежнему носились в разные стороны с грудами камней и инструментами, поднимая мелкие тучки пыли. Звук хлыстов раздавался где-то в вдалеке, что не могло не обрадовать Ци, спина которого уже порядком была украшена шрамами. Прежде чем он окончательно встал на ноги и отряхнулся от песка, все его суставы хрустнули по несколько раз, вызвав боль. Однако она его уже не пугала. За свое долгое военное прошлое Ци испытал на себе много боли и привык к ней. Боль стала неотъемлемой частью его существования. Самым неприятным и пугающим для него в последнее время стала безысходность, которая представилась совершенно очевидной, после того как главный надсмотрщик, сын какого-то вельможи, забрал себе его дочь. Ее участь в любом случае была лучше судьбы каждого рабочего, потратившего большую часть своей жизни на строительство этой проклятой стены. Огромный жизненный опыт, научивший Ци чувствовать людей, подсказал ему, что с этим человеком она сможет стать счастливой. Поэтому он не стал оказывать сопротивления намерениям жениха. Его дочь была слишком красива для этого места, и Ци стал замечать, как плохо оно действует на нее. Ее кожа, которая была белее молока, сильно загорела, а руки навсегда потеряли женственность и не отличались от рук мужчин. Долгое время ее муж заставлял ее скрывать их, надеясь на изменения, которых так и не произошло. Жена Ци не смогла вынести расставания с дочерью и бездействия мужа, и ушла от него. Ци не стал ее удерживать. Почувствовав ее ненависть к себе, он решил не тратить отведенное ему до смерти время на объяснения и мольбы о прощении перед женщиной, и просто отпустил ее. В конце концов, стена – ее дом, она должна умереть здесь, а он – военнопленный, свобода и гордость навсегда останутся в нем. Он часто видел свою жену, но она никогда не удостаивала его и взглядом. Вот и сегодня она работала рядом. Вроде дробила камень. Это все, что Ци смог разглядеть сквозь мелькающих строителей – рабов и пленников.
Когда Ци вместе с тремя рабочими сооружали новую кладку, на лошади подъехал надсмотрщик Хуань, смеривший их грозным взглядом. Их, но не Ци. Не прошло и года с того момента, как кусок стены отвалился сверху от основания и рухнул на него, когда он проезжал мимо. Камень раскололся на множество частей и почти полностью накрыл собой надсмотрщика. От мгновенной смерти его спасли только доспехи, однако его лицо было сильно изуродовано, и к тому моменту, как до него добрался Ци, его правый глаз вытек и смешался с песком, превратив его в грязь. Строители не жаловали надсмотрщиков, а так как на этом участке он был в тот день один, можно было оставить его умирать, а перед тем, как приедут выяснять, что произошло, извлечь его из-под обломков, и соврать, что смерть была мгновенной. В тот момент Ци невольно подумал, что если травмы для надсмотрщика не оказажутся столь опасными, кто-то из рабочих может помочь Хуаню отправиться к предкам. Поэтому он решил попытаться его спасти. Это было его долгом. Долгом воина. Многие строители знали Ци и были наслышаны о его военном прошлом и подвигах, которые, в конце концов, привели его сюда. Поэтому никто не осмелился ему перечить. Но и помогать ему никто не стал. На откапывание Хуаня у него ушло около получаса, а когда за надсмотрщиком приехали, Ци получил плетей за то, что так долго копался. Он увидел Хуаня только через месяц. На его глазу виднелась повязка, а лицо было изрыто многочисленными шрамами. Он молча кивнул Ци и проехал мимо. В благодарность за эту услугу, Хуань старался не хлестать Ци плетьми, а если это было нужно, (например, когда рядом крутились другие надсмотрщики званием повыше) не прилагал к этому усилий. Чтобы не компрометировать Хуаня, Ци в таких случаях изображал на своем лице истинные мучения.
Сегодня надсмотрщик проехал мимо, так как придраться действительно было не к чему. За ним, чуть поодаль показалась лошадь с двумя седоками. Впереди сидела его дочь в прелестном черном наряде, а сзади, приобнимая ее одной рукой сидел ее муж (Ци уже забыл его имя). Он видел свою дочь очень редко, в последний раз около полугода назад. Она осталась такой же юной и красивой, какой и была, но сейчас она ждала ребенка, и это было очевидно. Ци испытал странную смесь накативших на него чувств, и определиться в них так и не смог. Ее муж спешился, и аккуратно ссадил ее с лошади. Видимо ей было тяжело ехать верхом — вряд ли она решила мирно прогуляться среди толпы грязных работяг. Пробегающая толпа с тяжеленными мешками надолго отрезала ему обзор, подняв огромный столб пыли. Когда она рассеялась, Ци удалось различить третью фигуру возле лошади. Ухватившись за дочь обеими руками, рыдающая и причитающая, на коленях стояла ее мать. С такого расстояния было трудно уловить, что именно она кричала, даже по ее интонации было сложно определить — радуется она или горюет. Его дочь испуганно оглядывалась в разные стороны. Она искала поддержки у своего мужа, но тот лишь смеялся над распинаниями жены Ци. Сцена продолжалась около минуты, и, то ли по собственному умыслу, то ли по велению мужа, дочь оттолкнула ногой свою собственную мать. Та, упав навзничь, сразу попыталась встать, но, видимо повредив себе что-то, не смогла. Тем временем дочь Ци со своим мужем и лошадью двинулись прочь, открыв стене свои спины. Для него исчезло все окружающее — стена, ежедневные побои, сама безысходность. Остался только он и его дочь, оскорбившая свою мать. С момента ее рождения Ци никогда не думал, что долг, честь и уважение к предкам смогут стать сильнее любви к ней. Последняя минута показала, как жестоко он ошибся. У него было не больше пятнадцати секунд, прежде чем его дочь выйдет за ту границу, которую строителям переступать нельзя. Он решил действовать и не усомнился ни на мгновенье. Ци совершенно бесшумно, в несколько прыжков преодолел расстояние, разделявшее его с дочерью. Ее шея сломалась, словно ветка на ветру, и она медленно упала на землю, под ноги своему мужу. Для Ци на этом все закончилось. Он уже не слышал, как ее муж начал страшно вопить, не увидел, как он склонился над своей женой, бросая на нее слезы, не почувствовал, как надсмотрщики оттащили его обратно к стене. Он ощутил лишь копья, вонзающиеся в него, услышал звук своего тела, ударившегося о песок, увидел лишь струю крови, бегущую ручейком к основанию стены. Великой стены из камня и смерти.






Яндекс.Метрика