Виртуальная выставка «Великий насмешник» к 105-летию писателя-романиста Ивлина ВоНациональная Библиотека Республики Бурятия

Виртуальная выставка «Великий насмешник» к 105-летию писателя-романиста Ивлина Во


Виртуальная выставка «Великий насмешник» к 105-летию писателя-романиста Ивлина Во

Виртуальная выставка «Великий насмешник » — к 105-летию со дня рождения английского писателя-романиста Ивлина Во (1903-1966), автора беллетризованных биографий, путевых заметок и справочников для путешествующих, оставивший, помимо прочего, заметный след в журналистике и литературной критике, одного из тончайших стилистов в английской прозе

 

«Реалии жизни» нельзя усвоить с чужих слов…»

(«Возвращение в Брайдсхед»)

 

Ивлин Во из тех классиков, чьи произведения читаешь и, что ещё важнее, перечитываешь не ради «галочки», не ради престижа и суетного желания щегольнуть эрудицией перед знакомыми, а ради чистого «удовольствия от текста». Тончайший стилист и ядовитый сатирик, прочно закрепившийся в нашем сознании на правах одного из самых ярких и самобытных прозаиков XX столетия, по праву занимает место в ряду виднейших представителей английской словесности.

Артур Ивлин Сент-Джон Во родился 28 октября 1903 года в Лондоне, был вторым сыном известного редактора, издателя и эссеиста Артура Во. Его старший брат Алек Во (1898-1981) также стал писателем. Воспитывался в среде верхушки среднего класса в богатом районе Лондона Хэмпстед, где  посещал школу Хит Маунт, затем колледж в Лансинг — мужскую привилегированную частную школу, относящееся к Высокой церкви (одному из ответвлений Англиканской церкви). Это обстоятельство терзало Ивлина всю оставшуюся жизнь, и, возможно, именно оно повлияло на его интерес к религии, хотя несмотря на Лансинг он потерял детскую веру и стал агностиком. Во время учёбы Во высмеивал её, особенно школьный кадетский корпус, и основал Клуб трупов (Corpse Club) «для тех, кто устал от жизни», куда помимо 11 членов входили 2 мнимых… После окончания Лансинга он поступил в Хэртфорд-колледж Оксфорда, где изучал историю, но был больше известен своими художественными и литературными произведениями. В тот период, в английском обществе, было модно вести светские беседы за бокалом дорогого вина и это считалось стилем того времени, особенно расцветшим в двадцатые годы после тягот мировой войны. Ивлин Во искал такое общество и находил его, знакомясь с молодыми аристократами, которых в Оксфорде было в избытке. Он был блестящим собеседником, злым остроумцем, впечатлял художественной эрудицией и его охотно принимали в любую компанию.  Его ирония, каламбуры и тончайшая пародия буквально разливались в его же собственных анекдотах и высказываниях :

 

«- Находились ли на излечении в психиатрических лечебницах или других родственных учреждениях? Если да, то сообщите подробности.

— В течение двух лет я учился в колледже Скон, в Оксфорде.»

***

«Каждый, кто побывал в английской школе, без труда освоится и в тюрьме.»

 

Ивлин умел заинтересовать и развеселить друзей, участвовал в общественной жизни вместе с эстетствующей молодежью: Гарольдом Актоном, Брайаном Ховардом, Дэвидом Талботом Райсом и другими представителями британской аристократии и высших классов. Жизнь в Оксфорде позже послужила фоном для некоторых наиболее характерных его произведений.

Он вошел в культурный обиход русских книгочеев сразу после публикации в журнале «Иностранная литература» повести «Незабвенная». С той поры его произведения (в первую очередь, конечно же, романы) вполне приличными тиражами издавались в СССР и продолжают издаваться в постсоветской России, по-прежнему пьяня читателей  диковинной смесью фарса, черного юмора и элегической грусти.

 

 

Сегодня с полным основанием можно сказать о высоком статусе писателя в литературном табели о рангах, но и дополнить наше представление о его эстетических воззрениях, эмоционально-психологическом облике и, главное, творческом наследии, которое отнюдь не исчерпывается художественной прозой — романами, повестями и рассказами. Прославленные романы и повести Ивлина Во, к настоящему времени более или менее благополучно переведенные на русский язык, — всего лишь вершина айсберга, значительная часть которого еще скрыта от отечественного читателя. Между тем Ивлин Во проявил себя едва ли не во всех разновидностях нон-фикшн (критика, эссеистика, путевая проза, биография и автобиография), опробовал едва ли не все существующие критические и публицистические жанры: рецензия, обзор, эссе, памфлет, полемическое письмо, юмореска, фельетон.

Некоторые из образцов документальной прозы Во — избранные письма, дневники, наконец, незаконченная автобиография — уже опубликованы по-русски. Российскому читателю почти не известен Во-эссеист, публицист и критик, а ведь на этом поприще он был известен своим современникам не меньше, чем автор романов.

Выпущенный в 1983 году Донатом Галлахером шестисотстраничный том статей и эссе Во, представляющий его в качестве критика и публициста, включает в себя лишь половину его газетно-журнальной продукции: набранный убористым шрифтом перечень публикаций, не вошедших в книгу, занимает десять страниц. Быть может, львиная доля этих текстов представляет ограниченный интерес лишь для историков, однако без знакомства с основным корпусом критических статей и эссе (среди которых попадаются истинные жемчужины) нам до конца не понять ни характер писателя, ни его мировоззрение, ни его роль в англоязычном литературном мире 1920–1960-х годов.

Не имея, подобно американским собратьям по перу, университетской синекуры (что неудивительно, ведь прогуляв и провеселившись несколько лет в Оксфорде, будущий классик английской литературы с позором провалил экзамены и вылетел из университета с дипломом «третьей степени»), Ивлин Во зарабатывал на жизнь исключительно литературным трудом, сотрудничал едва ли не во всех периодических изданиях Британии и США, включая солидные журналы, вроде консервативного «Спектейтора» или католического «Тэблет», глянцевые издания типа «Вог» и «Лайф», а также таблоиды, исчадия пресловутой «Флит-стрит»: «Дейли экспресс», «Дейли мейл» и т. п. Писал он много и хорошо, причём о всякой всячине: тематика варьируется от шутливых советов молодым людям, как дешево, но модно одеваться всего за 60 фунтов в год, до апологии кубизма (в юности ярый архиконсерватор и реакционер, естественно, придерживался «передовых» взглядов на искусство, и в литературе, кстати, начинал как ультрамодернист: прочтите хотя бы рассказ «Равновесие» (1926) с его кинематографическим повествованием и монтажной композицией, вплоть до сенсационного успеха в Америке ностальгического романа «Возвращение в Брайдсхед» (1944), принесшего автору не только мировую известность, но и материальный достаток (а значит, и свободу от журнальной поденщины). Ивлин Во в равной степени мог считать себя и беллетристом, и журналистом, причем еще неизвестно, какой род деятельности занимал бо́льшую часть его времени и сил, и обеспечивал популярность у читательской аудитории двадцатых-тридцатых годов.

 

 

Сразу после публикации дебютного романа «Упадок и разрушение» (1928) начинающий литератор (совсем недавно подумывавший о карьере мебельного дизайнера) связал свою судьбу с журналистикой: вел колонку в газете «Дейли мейл» и питал рецензиями более солидную «Обзёрвер», а затем, после успеха «Мерзкой плоти» (1930), стал желанным гостем на страницах модных иллюстрированных газет и журналов («График», «Джон Буль» «Харперс Базар» и т. п.). В тридцатые годы Во — сначала корреспондент «Таймс», а потом «Дейли мейл» — побывал в Эфиопии (тогда — Абиссинии): в 1930-м присутствовал на коронации абиссинского императора Хайле Селассие (она подробно описана в книге «Далекие люди» (1931), а в 1935-м освещал итало-эфиопскую войну. Последняя поездка породила не только серию корреспонденций, но и нашла отражение в документальной книге «Во в Абиссинии» (1936), воспринятой левыми и либеральными критиками как «фашистская брошюра» — из-за явной симпатии автора к итальянцам; позже абиссинские впечатления преобразились в очередном комическом шедевре, романе «Сенсация» (1938).

 

 

Потчуя «глотателей пустот» легковесными фельетонами и книжными обзорами, молодой литератор не забывал и об утверждении собственной писательской репутации. В частности,  иллюстрированный еженедельник «График»  (The Graphic. -1930. – October 4, p. 25) откликнулся на выход книги путевых заметок «Наклейки на чемодане» Ивлина Во.

 

  

 

Свое же мнение о первом «травелоге» Ивлина Во читатель может составить по представленному в «Литературном гиде» (журнал « Иностранная литература» — 2016. — №4 ) переводу сокращенной версии, вошедшей в авторизованный сборник 1946 года «Когда ездить было не грех». Это произведение, отмеченное суховатым юмором, интересно не столько описаниями шаблонных туристических достопримечательностей и красот Средиземноморья, сколько зарисовками быта и нравов туземцев, так или иначе вовлеченных в туристический бизнес, и эскизными портретами спутников повествователя. «Мои попутчики и их поведение в разных местах, которые мы посещали, куда более увлекательны для изучения, нежели сами эти места»,— чистосердечно признается он читателю.

Книга писалась в кризисный, даже переломный для писателя период: после расставания с первой женой, Ивлин Гарднер, и до его обращения в католичество. Второй брак для Ивлина Во оказался удачным, продлился всю его жизнь и он имел шестерых детей.

Верный себе и традиции британской сдержанности, автор «Наклеек на чемодане» избегает лирических излияний и медитаций, раздваивая свое «я» между повествователем, играющим роль холодного, по чайльдгарольдовски пресыщенного, несмотря на молодость, наблюдателя, и «беднягой Джеффри», блеклым персонажем, который во время свадебного путешествия вынужден расстаться с молодой женой, Джулиет, заболевшей пневмонией и попавшей в госпиталь: сюжет, повторяющий жизненные обстоятельства автора книги.

Болезненный разрыв с женой и обращение в католичество — события, повлиявшие на характер писателя и обозначившие важный рубеж в его жизни. С этого времени праздный гуляка, как и положено представителю «золотой молодежи», весело прожигавший свою жизнь в кутежах и на вечеринках, аполитичный эстет и модный журналист постепенно перерождается в правоверного католика, ярого консерватора и традиционалиста, который в равной степени не приемлет левизну в искусстве и политике, искренне ненавидит идолов тогдашней либеральной интеллигенции, а свой идеал видит в образе жизни английского дворянства.

Во время Второй мировой войны Ивлин Во служил в морской пехоте и участвовал в десантной операции в Ливии, получил звание капитана, со специальным заданием побывал в Югославии в 1944 году. После наметилась эволюция и в его творчестве. После череды первоклассных, но в общем-то однотипных по трагикомической тональности и стилистике произведений в нем обозначился переход и к новой манере, и к новому, более объемному изображению человека и погрязшего во грехе мира. Эта тенденция проявилась сначала в «Пригоршне праха» (1936), а затем, уже в годы военного лихолетья, увенчалась романом «Возвращение в Брайдсхед», исполненным щемящего лиризма и светлой грусти по разрушенному войной жизненному укладу, ушедшей юности, увядшей дружбе, угасшей любви.

Роман, ставший бестселлером, завоевал своему создателю репутацию одного из ведущих английских писателей и привлек к нему внимание широкой читательской публики, а значит, и предприимчивых кинодельцов, всегда рассчитывающих заработать на экранизации «выстрелившей» книжной новинки, а также собирателей автографов, диссертантов и, разумеется, журналистов, во все времена питающих слабость к знаменитостям. Последних он притягивал не столько как автор бестселлеров (последовавшая за «Возвращением в Брайдсхед» сатирическая повесть «Незабвенная» (1948) также стала литературным событием в Америке и Британии), сколько как колоритный медиаперсонаж, ниспровергавший с пьедесталов мэтров авангардного искусства и проклинавший «век обычного человека», его идеалам — Свободе, Равенству, Братству — противопоставлявший иную триаду: Свобода, Неодинаковость и Уединенность.

Несмотря на то что последние двадцать лет своей жизни преждевременно одряхлевший писатель жил в уединении (сначала в загородном доме в Пирс-Корт, затем в Кум-Флори), редко выбираясь оттуда в Лондон или в очередное путешествие, он вынужден был поддерживать интерес к своей персоне общением с представителями СМИ, которых недолюбливал, но с которыми мирился как с неизбежным злом. Денег, вырученных за романы, по-прежнему не хватало. Дворянское гнездо  — добротный каменный дом с подвалом для вина, коллекция картин, куча детей, прислуга — поглощало массу средств; опять же грабительские, с его точки зрения, налоги никто не отменял, поэтому именитый автор поддерживал сотрудничество с массмедиа: это давало дополнительный доход. Каждый раз, когда к нему поступали предложения дать интервью, он просил за них кругленькую сумму. Впрочем, даже приличный гонорар не мог служить гарантией того, что затворник из Кум-Флори удовлетворит все чаяния охочих до скандалов и курьезов журналистов и как следует сыграет роль главного брюзгозавра английской литературы, каким к началу пятидесятых успел зарекомендовать себя благодаря скандальным выступлениям в прессе: политическим памфлетам и сердитым письмам в редакции различных периодических изданий. Ивлин Во никогда не отличался ангельским характером. И уж тем более его нельзя назвать «душой нараспашку». При встрече с теле- и радиожурналистами он чаще всего замыкался, отвечал сухо и односложно, так что интервьюерам приходилось всячески исхитряться, чтобы вытянуть из него развернутое высказывание на интересующую их тему. Подобно своему автобиографическому герою, мистеру Пинфолду, чувствуя, что собеседники видят в нем лишь забавный анахронизм и хотят «загнать в угол и развенчать, точными вопросами обозначив заведомо известное позорное пятно», писатель умел управляться с «нахалами»: «давал краткие и резкие ответы, по пунктам сбивая спесь с противников» (вспоминаем первую главу «Испытания Гилберта Пинфолда»).

 

  

 

Неслучайно, что одна из самых забавных юморесок Ивлина Во, «Непростое искусство давать интервью» (1948), где в абсурдистской манере воссоздается беседа с настырной, плохо говорящей по-английски репортершей, проникшей в гостиничный номер рассказчика, по сути, — не что иное, как остроумная пародия на халтурные интервью, какими его донимали репортеры в «послебрайдсхедовский» период жизни. Примечательно и описание, оставленное в дневнике Во по горячим следам беседы с американским интервьюером (запись от 23 мая 1947 г.). «Темы, которые он затрагивал, вызывали у меня такую скуку, что я только и говорил: ‘Нет-нет’.

 

— Как вы считаете, в эпоху демократии радио и кино могут стать большим искусством?

— Нет-нет.

— Вы согласны, что злодей эпохи Возрождения олицетворяет собой борьбу личности с обществом?

— Нет-нет.

— Как вам кажется, сегодняшние издатели оказывают не меньшее влияние на современную литературу, чем покровители искусств в восемнадцатом веке?

— Нет-нет»

Не менее забавно описание интервью американским телевизионщикам (запись от 30 июня 1955 г.): «Режиссер то и дело лез в карман за бумажками: ‘Мистер Во, тут говорится, что вы очень вспыльчивы и консервативны. Скажите, будьте добры, что-нибудь оскорбительное’. Я сказал: ‘Человек, который принес в мой дом этот аппарат, ждет от меня какое-нибудь оскорбительное замечание. Не дождется’».

Примерно в таком же ключе были выдержаны и другие теле- и радиобеседы «мистера Во» с журналистами. К такому выводу можно прийти, если ознакомиться с их расшифровками, выполненными Дэвидом Клиффом и размещенными на его сайте, посвященном творчеству Ивлина Во. Даже маститый Джон Фримен, ведущий популярной программы Би-би-си «Лицом к лицу», как правило, выжимавший из своих визави все, что ему было нужно, во время беседы со строптивым стариком, записанной в июне 1960 года, что называется, обломал зубы. Много позже в документальном фильме о Во, он называл это интервью самым неудачным за всю карьеру. С первой же секунды встречи, еще до начала записи, он ощутил, что именитый гость чувствует себя в студии неуютно и питает к нему явную неприязнь. На дежурное приветствие: «Добрый вечер, мистер Во!» — тот сердито заявил: «Моя фамилия Во, сэр, а не Вофф!» И дальше во время беседы придерживался тактики Гилберта Пинфолда, особенно если речь заходила о малоприятных для него вещах:

 

Интервьюер (медоточиво-ласково): Почему в Оксфорде вы выбрали Хартфорд-колледж?

Ивлин Во: Там платили стипендию.

Интервьюер: У вас была открытая стипендия…

Ивлин Во: Да.

Интервьюер: …по истории…

Ивлин Во: Да.

Интервьюер: Впоследствии вы сохранили глубокий интерес к истории?

Ивлин Во (рассмеявшись): О, нет!

Интервьюер: Вы ведь не получили высокой степени, поэтому я и спрашиваю.

Ивлин Во: Я получил никудышную третью степень.

Интервьюер: Почему так произошло?

Ивлин Во (благодушно-иронически улыбнувшись): Лень.

Интервьюер: Что вы делали в Оксфорде?

Ивлин Во: Развлекался. Взрослел, знаете ли…

Интервьюер: Хорошо, как именно развлекались?

Ивлин Во: Ну, как и все в те дни.

Интервьюер (с нотками раздражения в голосе): Люди уже этого не помнят, будьте так любезны, расскажите.

Ивлин Во: Большую часть времени надирался, принимал гостей, заводил новые знакомства, писал глупые статейки в университетские журналы — в этом роде.

Интервьюер: О вас говорят — и об этом можно судить по вашим книгам, — что вы вращались в эстетических кругах Оксфорда, что, как мне кажется, сильно отличается от вашего теперешнего образа жизни. Я прав?

Ивлин Во (вынимая изо рта сигару, добродушно улыбнувшись): Оба ваших суждения справедливы.

 

И дальше в том же духе — не слишком балуя интервьюера признаниями и хоть сколько-нибудь развернутыми ответами.

Более интересным и содержательным получилось телеинтервью, записанное в 1964 году на Би-би-си для программы «Монитор». Беседу на сей раз вела писательница и журналистка Элизабет Джейн Хоуард (1923–2014), в недалеком будущем — жена другого известного английского прозаика Кингсли Эмиса. Обаятельная, деликатная, не лишенная привлекательности сорокалетняя дама, своей доброжелательностью она растопила лед в сердце подозрительного и замкнутого старика, который мало-помалу разговорился, разоткровенничался и довольно развернуто высказался по широкому кругу вопросов, одарив очаровательную собеседницу целой россыпью по-набоковски «твердых суждений» Разумеется, русским поклонникам Во были бы интересны тексты всех без исключения теле- и радиовыступлений эксцентричного писателя, которых достаточно много и их можно по желанию найти.

Так же в журнале « Иностранная литература» можно найти эпистолярное наследие Ивлина Во, а так же его эссеистику и критику.

Предпочтение отдано послевоенному, «послебрайдхедовскому» периоду, когда он писал уже не столько ради заработка, сколько по велению души и сердца: более серьезно и обстоятельно, чем в молодые годы, не на заказ, а только на темы, представлявшие интерес для него самого.

 

 

«Позднего Во» условно можно разбить на три группы: писания на религиозные темы (несмотря на несогласие с реформами в католической церкви, он до последнего дня оставался ревностным католиком), тексты, так или иначе связанные с общественно-политической проблематикой и в полной мере раскрывающие его консервативное мировоззрение, для которого приход к власти лейбористов был равнозначен концу света, а не удержавшийся в премьерском кресле Уинстон Черчиль был всего лишь позером и пустозвоном, «окружившим себя мошенниками», «не более чем ‘радиознаменитостью’, пережившей свою славу» (из письма Ивлина Во Энн Флеминг от 27 января 1965 г.). Наконец, самое для нас ценное и интересное: литературно-критические статьи, прямо или косвенно раскрывающие эстетическое кредо писателя.

Хочется верить, что в недалеком будущем найдется энтузиаст-издатель, который, невзирая на сложности российского книжного рынка, выпустит солидный сборник документальной прозы Ивлина Во, в котором как можно более полно будут представлены и его письма, и его критические работы, посвященные как классикам, так и малоизвестным литераторам.

Читатели привыкли к тому, что зарубежные классики, независимо от национальности  преподносятся нам уже забронзовевшими, покрытыми патиной почтительного умиления — в то время как в реальности каждый из них проходил через сито пристрастной критики современников.

Не был исключением и автор «Мерзкой плоти», «Пригоршни праха», «Возвращения в Брайдсхед», «Незабвенной» и других, не менее замечательных образцов художественной прозы. Почти всегда они вызывали разноречивые отклики рецензентов, среди которых можно обнаружить ведущих англо-американских писателей XX века: Энтони Бёрджесса, Гора Видала, Грэма Грина, Ричарда Олдингтона, Джорджа Оруэлла, Джозефа Хеллера, Энгуса Уилсона, Кингсли Эмиса и др.

В любом случае, согласитесь вы с ними или нет, они добавят новые краски в картину литературных нравов прошлого века и, безусловно, по-новому осветят фигуру замечательного писателя — знакомого незнакомца любителей по-настоящему умной и изящной словесности, все еще не переведшихся у нас на Руси.

Наслаждаясь изысканно-ясным стилем и подчиняясь безупречно выверенному повествовательному ритму, смакуя гремучую смесь юмора и ядовитой сатиры, мы вновь и вновь самозабвенно погружаемся в неповторимый художественный мир, созданный великим мастером : хаотичный, жестокий и в то же время уморительно смешной мир, который, с одной стороны, обладает антикварным очарованием канувшей в небытие эпохи Британской империи, а с другой, до боли узнаваем в своих мельчайших деталях и по сей день.  

Умер Ивлин Во у себя дома в Тонтоне (графство Сомерсетшир) 10 апреля 1966 года.

Литературное достояние британского автора – это самоирония в высоком цилиндре, смокинге и перчатках. Со снисходительной улыбкой Ивлин Во наблюдает за абсурдом действий героев и событий с высоты своего таланта. Не случайно один из эпиграфов к роману «Мерзкая плоть» содержит мудрое изречение Черной королевы из «Зазеркалья»: «…А здесь, ты сама видишь, твоего бега хватает только на то, чтобы остаться на том же месте. А если хочешь попасть в другое место, нужно бежать по крайней мере вдвое быстрее!». Но надо еще знать куда бежать?

 

Книжная выставка

 

 

Во, Ивлин. Полное собрание рассказов : [сборник : перевод с английского] / Ивлин Во. — Москва : Астрель, 2012. — 635, [2] с. — Пер. изд. : The complete short stories / Evelyn Waugh.

 

Рассказы Ивлина Во – шедевры английской сатирической прозы. Они заставляют смеяться – и задумываться. Сюжеты, порой граничащие с абсурдностью, необычны. Однако за иронией Ивлина Во просматривается горечь писателя, увидевшего крушение викторианских идеалов, казавшихся незыблемыми. Он так и не сумел вписаться, подобно своим персонажам, в реальность «новой» буржуазной Англии, одержимой погоней за деньгами, успехом и удовольствием…

Во, Ивлин. Упадок и разрушение ; Мерзкая плоть : романы / Во Ивлин ; [перевод с английского: С. Белов, В. Орел, М. Лорие]. — Москва : АСТ : АСТ МОСКВА, 2009. — 381, [2] с. ; 21 см. — (АСТ-Классика). — Пер. изд. : Decline and Fall / Evelyn Waugh. — Пер. изд. : Vile Bodies / Evelyn Waugh.

Два романа Ивлина Во, вошедших в золотой фонд не только английской, но и мировой литературы. Две книги, полные блистательной иронии и едкого сарказма.

«Бурные двадцатые»  в Англии. Время, когда викторианская мораль разрушена безвозвратно и на смену ей приходит бешеная жажда жизни, удовольствий и развлечений. Осколкам недавно могущественной английской аристократии предстоит каким то образом вписаться в новые времена и нравы, тон которым задают всемогущие ныне нувориши. Кто то сходит с ума и гибнет. Кто то с легкостью принимает правила игры. А что делать всем остальным ?…

Во, Ивлин. Черная напасть : [роман] / Ивлин Во ; [перевод с английского А. Я. Ливерганта]. — Москва : АСТ : Астрель, 2010. — 313, [1] с. ; 21 см. — (Книга на все времена). — Пер. изд. : Black Mischief / Evelyn Waugh.

Самый жестокий и остроумный из «африканских» романов Ивлина Во. Роман, в котором «сатира нравов», политический памфлет и безжалостный, холодный и насмешливый психологизм смешаны в крепкий литературный коктейь, сильно действующий даже на самого подготовленного читателя. Император некой африканской страны, получивший европейское образование, мечтает превратить своё государство в весьма прогрессивную держпаву. Но мечты разбиваются о суровую действительность… Коррупция, дикость, жестокость, тотальное воровство и казнокрадство, — что ещё таится за благопристойным фасадом развивающейся страны? …

Во, Ивлин. Возвращение в Брайдсхед : Роман / Ивлин Во. — Москва : Иностранка : БСГ-ПРЕСС, 2002. — 463 с.

Во время войны Ивлин Во увидел настоящую Англию — и она его ужаснула. Наступила эпоха обыденного, среднего и усредненного человека, начались новые «темные века», как называют в Англии раннее средневековье. Раньше Во был сатириком, высмеивающим жизнь современных высших слоев и элитарной богемы: теперь, не в силах охватить своей сатирой такой громадный предмет — Англию в целом, он предпочел взять ностальгическую ноту и написал элегию об ушедшей Англии двадцатых-тридцатых годов — «Возвращение в Брайдсхед».

Это совершенно новый Ивлин Во, другой писатель, другой стиль.Главный герой романа молодой художник Чарльз Райдер знакомится во время обучения в Оксфорде с Себастьяном Флайтом — представителем старинной фамилии аристократов-католиков. После своего приезда в Брайдсхед, родовое поместье Флайтов, Чарльз попадает в водоворот богемной жизни, наблюдая блеск и нищету английской аристократии, и в то же время упадок веры в себя и бога, испытывает любовь и разлуку и на протяжении следующих лет и мировых войн, его судьба неразрывно связана с этой семьей. В романе тонко прописаны характеры уходящей эпохи процветания английской аристократии. Написан в 1944 году и увидел свет год спустя. По версии издательства Modern Library, «Возвращение в Брайдсхед» входит в сотню лучших англоязычных романов XX века.

Во, Ивлин. Елена : [роман] / Ивлин Во ; [перевод с английского А. Иорданского]. — Москва : АСТ : Астрель, 2010. — 317, [2] с. ; 21 см. — (Книга на все времена). — Пер. изд. : Helena / Evelyn Waugh.

 

Наиболее полное выражение католического воззрения Ивлина Во нашли в историческом романе «Елена», который сам Ивлин Во не однажды называл своим лучшим творением.  (Из книги). Роман, в котором его искрометная ирония отступает на задний план, уходит в контекст, сменяется чуткой вдумчивостью автора хорошей исторической прозы. История матери императора Константина Великого Елены, первой официально зафиксированной «охотницы за реликвиями» и блестящей деятельности византийской культуры, рассказана автором колоритно и детализировано, а увлекательный сюжет становится идеальным обрамлением для глубокого психологизма, с которым выписаны образы не только главных героев, но и второстепенных персонажей.

Во, Ивлин. Вооруженные люди : [роман] / Ивлин Во ; [перевод с английского Ю. Фокиной]. — Москва : АСТ : Астрель, 2011. — 381, [1] с. — (Книга на все времена).

Во, Ивлин. Офицеры и джентльмены : роман / Ивлин Во ; [перевод с английского Г. Б. Косова]. — Москва : АСТ : Астрель, 2011. — 315, [2] с.- (АСТ-классика). — Пер. изд. : Officers and Gentlemen / Evelyn Waugh. 

Во, Ивлин. Безоговорочная капитуляция : [роман] / Ивлин Во ; [пер. с англ. Ю. Фокиной]. — Москва : АСТ. — [Б. м.] : Астрель, 2011. — 380, [2] с. ; 21 cм см. — (Книга на все времена).

Романы «Вооруженные люди», «Офицеры и джентльмены» и Безоговорочная капитуляция» составляют трилогию «Меч почета» В трилогии, под беспощадным пером Ивлина Во оказались краса и гордость Британии — её армия. Фирменная сатира и абсурд Ивлина Во на месте. Военных действий здесь немного. Зато разных нелепиц и армейского бардака — целый вагон. Читать без улыбки невозможно. Мастерство автора впечатляет. Отличный образец жанра военной сатиры.

Во, Ивлин. Испытание Гилберта Пинфолда : [роман] / Ивлин Во ; [перевод с английского В. И. Баканова]. — Москва : АСТ : Астрель, 2011. — 253, [2] с. ; 21 см. — (Книга на все времена). — Пер. изд. : The Ordeal of Gilbert Penfold / Evelyn Waugh.

Один из самых загадочных романов Ивлина Во. История спивающегося и увлекающегося сильными обезболивающими средствами бывшего «обычного англичанина» его контактов с демонами и ангелами, воображаемых и реальных путешествий, которые переплетаются между собой и перетекают одно в другое, могла бы позабавить, — однако Ивлин Во даже в описании галлюцинаторных видений остаётся верен себе. В безумии, по его мнению, несомненно, есть что-то методическое. Или это «что-то – чисто британская ирония, которую «истинный англичанин» сохраняет, даже странствуя между мирами.

Во, Ивлин. Пригоршня праха : роман ; Незабвенная : повесть / Ивлин Во ; [перевод с английского: Л. Г. Беспалова, Б. М. Носик]. — Москва : АСТ : АСТ Москва, 2009. — 347, [2] с. ; 21 см. — (АСТ-классика). — Пер. изд. : A handful of dust the loved one / Evelyn Waugh.

Эти остроумные произведения сюжетно и стилистически разные, объединены общей темой парадоксальной абсурдности бытия и трагедии интеллектуалов, задушевных стремительным ритмом жизни ХХ века и пошлостью коммерциализированной буржуазности «массовой культуры».

«Незабенная» — последняя книга Ивлина Во, по большей части один сплошной фарс и насмешка над современной действительностью. Сам англичанин по происхождению, Ивлин Во откровенно шутит над английским самомнением и изобличает человеческие слабости, предрассудки, а, иногда, просто глупость, при помощи тончайшего черного юмора и сарказма. Героям – а ещё чаще антигероям – Ивлина Во, уставшим бороться с реальностью, остаётся либо пожертвовать собственной индивидуальностью и приспособиться  к всеобщей торжествующей глупости, либо сойти с ума вместе с окружающим миром, либо начать его высмеивать…

 

 

 

 






Яндекс.Метрика