Свидетельствует Фокина Клавдия ГеоргиевнаНациональная Библиотека Республики Бурятия

Свидетельствует Фокина Клавдия Георгиевна


Свидетельствует Фокина Клавдия Георгиевна

Родилась я в 1927 году. Можно сказать, что я долгожитель. За прожитые годы много воды утекло. И много чего было в моей жизни, если начать вспоминать. А самое тяжелое мое воспоминание – это Великая Отечественная война.

В июне 1941 года мне было 13 лет. Жили мы тогда деревне Жердовка Иркутской области. Утро 22 июня было такое солнечное, непредвещавшее беды, особенно нам детям. Каникулы были в самом разгаре, и мы всё время проводили на улице.  Этот день тоже. А вот на другой день, проснувшись, я услышала, что мои родители говорят о войне. Страшная весть до Жердовки дошла не сразу, телефон для связи с райцентром был только в сельсовете, но она моментально облетела всю деревню.

Что такое война я тогда ещё понимала плохо. В детском понимании того времени война – это Чапаев Василий Иванович на коне с саблей, а не танки и самолеты. Но очень скоро началась мобилизация на фронт. И ощущение надвигающейся огромной беды, страшной трагедии нам детям передавалось через волнения взрослых. Сначала сборы и проводы мужчин — сыновей и отцов на войну. А затем похоронки, которые начали приходить уже в первые месяцы войны.  В 1942 году пришла похоронка и на моего отца Соколова Георгия Яковлевича. В этом же году мы переехали жить в Иркутск.

В городе война была ощутимее, ежедневные сводки Совинформбюро о жесточайших боях и понесённых потерях. Мы знали, что многие наши советские города и поселки уже оккупированы немцами. Наблюдали, как в город прибывают эшелоны с раненными и изувеченными солдатами. Госпитали были переполнены, а эшелоны всё прибывали.

Война ощущалась во всем, в том числе и необычайном патриотизме тыла. Тыл тоже воевал с той лишь разницей, что солдатами трудового фронта стали дети, которые работали на равных с взрослыми.

В связи с отступлением советских войск, в Сибирь  спешно эвакуировали людей и промышленные предприятия. В Иркутск был эвакуирован Харьковский патронный завод № 540 (получивший в последствие название Пионерский) и из-за отсутствия специальных производительных площадей, цеха завода возводили в разных районах города. Рабочих не хватало.

В сентябре 1943 года из многих школ города, в том числе и из школы, где я училась, были мобилизованы ученики 8-х классов. Мне было 15 лет. Работу на заводе восприняла спокойно. Значит так надо.

Попала я в цех по изготовлению гильз для патронов. Освоила полный цикл их изготовления. Учили нас на скорую руку. Работали по 12 часов, с 8 утра и до 20 часов вечера. А в пересмену — выходные дни,  по 18 часов, с 8 утра до 2 часов ночи следующего дня. Ночью работать было тяжело. В обеденный перерыв мы старались уснуть. Проснуться было трудно. Я запомнила мастера Харченко. Маленький, худенький старичок. Он ходил и будил нас ласково «Деточки просыпайтесь, работать надо».

Я не помню, чтоб нас ругали мастера или контролеры. Мы повзрослели и относились к работе ответственно. Работа в основном на автоматах была монотонна и однообразна, поэтому нас переводили с операции на операцию для разнообразия. Сложнее всего мне было работать на второй вытяжке. Это большой автомат, и три высоких пресса на трансмиссии. Из-за маленького роста мне было трудно заменять ремни, а они часто слетали и рвались. Трудно было отвернуть гайку огромным ключом, чтоб заменить сломанный трансон. Однажды у меня сорвался ключ, и я упала на кирпич, торчащий в стене. Мне стало плохо, пришлось идти в медпункт, там мне обработали рану, сделали перевязку, и я снова пошла на работу. Не было даже мысли идти домой.

При работе пресса матрица и пуансон охлаждались эмульсией, от этого в цехе была сырость на цементном полу и сильный холод, в итоге я простудилась и заболела, на спине начали нарывать фурункулы. Но я никому не говорила, что болею. Так поступала не только я. Все ребята работали на пределе своих детских сил, никто не жаловался, никто не хныкал. Все понимали, что от нашего общего труда зависит будущее нашей Родины — Союза Советских Социалистических Республик. И я горжусь, что мой маленький труд вложен в нашу Победу.

В то далёкое время я надеялась, что патроны, изготовленные моими руками, поразят врага. А сегодня я хочу низко поклониться, непосредственным участникам военных действий, им было намного труднее. Теперь это глубокие старики, которые уходят. Уходит самое героическое поколение нашей страны.

В 1944 году был разрешен набор студентов в авиационный техникум с нашего завода. Я решила рискнуть. Табель учёбы за 7 класс был хороший, меня приняли без экзаменов. Так кончилось моё трудовое крещение, которое и дало мне путёвку в жизнь.

В 1947 году я начала работать на Улан-Удэнском авиационном заводе, тогда это был машзавод № 99. На заводе я проработала 47 лет. Закалка военных лет сказалась, я ни разу не опоздала на работу. Любила свою работу, любила завод и сейчас радуюсь его успехам. На заводе я встретила много хороших людей, которые помогали мне и учили меня осваивать профессию на заводе. Я горжусь, что каждое утро шла с ними в многотысячном строю работать на наш завод.

 

.






Яндекс.Метрика